Скандал разгорелся после выхода уральской футбольной команды «Акжайык» в высший дивизион казахстанского футбольного первенства. Команду эту, надо признаться, футбольные эксперты к числу самых сильных не относят. А после этого знаменательного события 3 декабря 2009 года в газете «Уральская неделя» под рубрикой «Личное мнение» вышел материал журналиста Екатерины Литвяковой «Высшая липа «Акжайыка».

«Вокруг долгожданного «прорыва» команды то и дело слышны разговоры о «купленных матчах», «проданных судьях» и «незамеченных» офсайдах, — написала автор. — Перед матчем многие уже знали его исход, так как было известно, что один из спортивных функционеров едет на игру с большой суммой денег — около двух миллионов тенге... Футболисты «Окжетпеса», отдавая место в премьер-лиге соперникам из Уральска, были инертными на поле. А у нас уже готовили встречу футбольных героев».

Немедленной реакции на публикацию не последовало — спортсмены, видимо, разрабатывали тактику защиты. И только спустя неделю была созвана пресс-конференция с участием руководства футбольного клуба «Акжайык», представителей областной федерации футбола и ветеранов уральского спорта.

- Выход в премьер-лигу «Акжайыка» — это результат большой и напряженной работы всей команды, а не итог грязных махинаций, — заявили они.

Тогда же старший тренер футбольной команды Виктор Каблов объявил, что футбольный клуб намерен подать иск в суд о защите чести и достоинства. А в качестве компенсации пообещал просить ту сумму, которая была упомянута в статье Екатерины Литвяковой, — два миллиона тенге. Автора статьи на эту пресс-конференцию почему-то не пригласили.

Первое судебное заседание по иску ТОО «ФК «Акжайык» назначено на 18 февраля. Сама Екатерина Литвякова надеется, что исход дела будет положительным для нее.

- В исковом заявлении написано, что газета утверждает: матч был куплен. Это не так, — сказала г-жа Литвякова «Республике». — Я только предполагала, ссылаясь на то, что говорили люди. Это моя сугубо личная точка зрения. Поэтому материал был опубликован под рубрикой «Личное мнение». Точку мы не ставили. Это тема для размышлений. Всем известно, что такие проблемы в спортивной среде существуют. Ну и если возникают подобные мнения о наших футболистах, то об этом, наверное, стоит задуматься, а не в суд подавать.

В свою очередь коллеги Екатерины Литвяковой считают, что причина появления этого иска, возможно, в том, что мнение автора случайно оказалось правдой.

- Катя описала свои впечатления, посмотрев игру футбольной команды, — отметил немаловажный факт журналист «Уральской недели» Лукпан Ахмедьяров. — На последней игре команда сыграла с горем пополам и вышла в высшую лигу благодаря пенальти, который в свою очеред, вызвал массу пересудов в среде болельщиков, игроков и тренеров. Катя и написала: мол, все здорово, но почему так много сомнений? Этот иск не только показатель того, что в руководстве областного управления спорта царствует нетерпимое отношение к чужому мнению, это еще и показывает, что его руководство нервозно реагирует на всякие попытки поразмышлять на тему честности игры «Акжайыка»!

За комментариями мы обратились и к директору футбольного клуба «Акжайык» Рашиту Хуснутдинову. Он убежден, что команду «облили грязью», а журналист должен был обратиться к «виновникам торжества» и дать им возможность ответить на все вопросы болельщиков.

- Она же не специалист по футбольным матчам, — безапелляционно заявил он. — Почему не пришла, не поговорила, не задала вопросы? Если это ее личное мнение, то газета ведь в целом создает общественное мнение. Мы сами не верили, что выиграем. У конкурирующей команды шансов было больше. С нами были и операторы областного телевидения. Вся игра снята, ее можно просмотреть. Эта статья очень болезненно воспринимается всеми футболистами. Мы, честно говоря, не ожидали такой публикации. Какой смысл другой команде продавать нам игру за два миллиона, чтобы оказаться на ступень ниже и опять бороться за лигу?

Г-н Хуснутдинов также заверил, что для них главное — не выиграть суд, а добиться правды. При этом сумму морального ущерба в два миллиона никто, кажется, «снимать» не намерен.